Пастырь наш, покинул нас
Забрав с собою правду,
Ушел и свет Его угас.
Не утолить мне больше жажду,

В предсмертном танце, не услышу глас Его
На злачных пажитях оставшись, познаем мы голод и нужду
Идя долиной смертной тени, собьюсь с тропы, в который раз.
В той долине все равны, что стар, что молод.

И если в глазах душа, то я не вижу глаз
Я вижу морды, без улыбок, но с оскалом
И нет людей, есть каркас из мяса и костей.
Рисуйте двери мелом, рисуйте счастье телом,
В доме Его гостей не будет больше.